пётр владимирович алабин

Возвращение Петра Владимировича Алабина в Самару…

Люди в истории Самары

Да, конечно, время лечит. Но ведь при этом оно быстро и безвозвратно уходит. А жизнь человеческая так коротка!

И нарушенную историческую память самарского народа, и повреждённую связь времён и поколений, что опасно подрывают опоры гражданского и патриотического самосознания, тоже лечит время. Но вспомним, сколько же не дней, а десятилетий длилось «болезненное состояние», когда фальсифицировались события прошлого, грубо искажались даже очевидные, казалось бы, незыблемые истины. И как же долго, по «идеологическим соображениям», неоправданно превозносились деяния и заслуги одних и замалчивалась огромная созидательная и подвижническая деятельность на благо Отечества других, куда более достойных граждан.

Не избежал этой участи и почётный гражданин Вятки и Софии Пётр Владимирович Алабин (1824 – 1896 гг.), входивший в плеяду известных прогрессивных общественных деятелей России второй половины XIX века.

Он был необычайно талантливым и разносторонним человеком. Его в равной степени можно было назвать воином-летописцем, ботаником, археологом, этнографом, историком-краеведом, библиографом, музейным работником, организатором и учредителем школ и других просветительских заведений, художником. Поэтому не случайно на труды Алабина было опубликовано много откликов, рецензий и заметок. И в книгах М.И.Семевского, С.А.Венгерова, П.К.Мартынова, а также в энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона появились библиографические очерки и сведения о его славной праведными делами жизни, серьёзных научных поисках и историко-публицистическом творчестве.

Биография П.В.Алабина, на первый взгляд, была как бы запрограммирована самим укладом жизни мелкопоместного дворянства. Он родился в городе Подольске Московской губернии в 1824 году 4 (16 сентября) в семье Владимира Антоновича Алабина — чиновника из Рязанской губернии. Мать – Эмилия, француженка, дочь эмигранта Мартена.

Оборона Севастополя 1854—1855 гг.
Оборона Севастополя 1854—1855 гг…

Вначале он учился в Белостокской гимназии, а затем в Петербургском коммерческом училище, после окончания которого был зачислен унтер-офицером в Тульский егерский полк. В 1849 году он участвует в походе русских войск в Венгрию, затем в Дунайской кампании 1853 -1854 годов, в обороне Севастополя. За боевые заслуги получил чин капитана и орден Анны 4-й степени с мечами на шапку с надписью «За храбрость», Станислава 3-й степени с мечами, Анны 3-й степени с мечами и Станислава 2-й степени с мечами.

В 1857 году закончилась военная карьера и Алабин приехал в Вятку, где получил должность помощника управляющего удельной конторой. Его деловитость и творческий подход к своим обязанностям сразу же были отмечены, и вскоре его назначили управляющим губернским удельным ведомством.

Столь же высокие посты на государственной службе и в аппарате местного самоуправления занимал П.В.Алабин и в Самаре: управляющий губернской палатой государственного имущества, гласный городской Думы, городской голова, председатель губернской земской управы.

Казалось, сам ритм той жизни, сложившиеся традиции российской чиновной бюрократии исключали возможность заниматься другими видами деятельности. Но не таков был Алабин. Он, несомненно, относился к числу лучших представителей русской интеллигенции и постоянно испытывал внутреннюю потребность и предрасположенность к творческой деятельности. Прежде всего его волновали состояние народного образования, проблемы отечественной истории культуры. И эта созидательная деятельность ярко проявилась у Алабина и в Вятке, и в Самаре, и в Софии. Всюду он стремился зажечь очаги культуры: открывал школы, библиотеки, музеи.

В начале 1866 года Алабин переехал из Вятки в Самару, где его назначили управляющим губернской палатой государственных имуществ. Самара 60-х годов хотя и играла роль губернского города, но как бы ждала приезда такого подвижника, как Алабин, который смог бы своими идеями придать общественно-политической жизни города новое звучание.

Как и в Вятке, Алабин придавал особое значение публичной библиотеке и организации краеведческого музея, справедливо считая, что основная цель музея состоит в том, чтобы «способствовать наглядному ознакомлению с Самарским краем». Музей, считал Алабин, должен состоять из 16 отделов: географического, геологического и палеонтологического, минералогического, ботанического, зоологического, ихтиологического, этномологического, антропологического, сельскохозяйственного, технического, отдела кустарной промышленности, этнографического, нумизматического, археологического и археографического, отдела исторического, отдела изящных искусств и художеств.

Что же это такое – человек XIX века? Мы привыкли к школьным клише: золотой век русской культуры… великие классики… передвижники… Толстой, Достоевский, Чехов… загадочная русская душа. Но не в вакууме же создавалась эта великая культура, она прорастала из жизни, и жизнь эту кто-то обустраивал так, что могли существовать и Ясная Поляна, и Чайковский. Был целый слой государственных людей, царских, если угодно, чиновников, который мы выпускаем из внимания или на который смотрим сквозь призму гоголевского «Ревизора». Ну да, всё это тоже было: казнокрадство, взятки, чинопочитание, доходящее до чиноблаголепия, нищета массовой культуры. Но разве ничего этого нет сейчас? Нет Гоголя, вот и вся разница!

Но это так, реплика в сторону. Возвращаюсь к теме: существовал класс государственных служащих, который и занимался обустройством России. И в массе своей это были очень образованные и знающие люди. Леонида Леонова, когда он «поступал» в академики, упрекнули: «У вас нет высшего образования». Он ответил: «Я окончил гимназию!»

Домашнее, точнее говоря, семейное воспитание, гимназия с её тремя иностранными языками являлись мощным фундаментом в становлении интеллектуального человека XIX века. О 18-летнем Алабине, державшем речь на выпускном акте Санкт-Петербургского коммерческого училища, тогдашнии газеты писали: «Все речи написаны умно, с чувством; особенное впечатление произвела речь г. Алабина, который прекрасно выразил русские чувства, одушевляющие юношей, получавших вместе с ним воспитание истинно народное. Он произнёс её с воодушевлением; видно было, что от полноты сердца уста говорили. Юный оратор… по высочайшему соизволению поступает в военную службу; русская литература может надеяться приобрести в нём замечательное дарование…».

Самарский академический театр драмы им. М. Горького – крупнейший театр Самары.
Самарский академический театр драмы им. М. Горького – крупнейший театр Самары…

Самаре повезло, что именно к ней Алабин приложил свои организаторские способности и обширные знания. Нынешний краеведческий музей, красно каменный терем драматического театра, развитие городского хозяйства, железная дорога – всё это из алабинского наследства. И к нему много ещё чего можно причислить, едва ли не в каждой области сегодняшней жизни имеются полустёртые следы трудов управляющего губернской палатой государственного имущества, гласного городской Думы, городского головы, председателя губернской земской управы Петра Владимировича Алабина.

Первый железнодорожный вокзал в Самаре
Первый железнодорожный вокзал в Самаре был построен в 1876 году по проекту Н. И. де Рошефора, он эксплуатировался 120 лет.

Меня восхищает в Алабине талант стратега, «абсолютный слух» на самое необходимое, жизненно важное. У него был редкий дар точного попадания в цель. Ни одно цивилизованное общество не может нормально развиваться без собственной культуры. И он закладывает в Самаре основы краеведческого музея, причём жертвует ему личные коллекции оружия, монет, птиц. Будучи председателем библиотечного комитета, много сделал для развития публичной библиотеки и даже составлял её каталоги.

Храм Христа Спасителя в Самаре
Храм Христа Спасителя — несохранившийся кафедральный собор Самарской епархии Русской православной церкви, находившийся в Самаре…

Самара растёт, у неё «прорезаются» потребности большого промышленного города, и он добивается, чтобы через Самару прошла железная дорога, хотя это не было предусмотрено проектом, строит мост через реку Самару, заботится о парках и садах, о благоустройстве улиц – её каменных мостовых и озеленении. Венцом его деятельности стало сооружение в Самаре Кафедрального Собора во имя Христа Спасителя.

И так было повсюду – в Вятке, Самаре, столице Болгарии Софии. Мало кто знает, например, что именно Алабин стоит у истоков Болгарской национальной библиотеки имени славянских просветителей Кирилла и Мефодия. У нас очень долго негативно относились к императору Александру II, и Алабину ставили в вину памятник великому реформатору на нынешней площади Революции. Но Александр II был действительно крупнейшим русским реформатором, с его именем связано эпохальное событие в жизни России — отмена крепостного права, и Алабин прекрасно это понимал.

А благотворительная деятельность? Мне представляется, Алабин был в числе первых, кто уловил перемену в психологии богатого купечества и предпринимательства и извлёк из этого общественную выгоду. В XVII –XVIII веках большой капитал, добывался не только потом, но кровью и грязью, его история полна тёмных пятен, гибельных провалов. В XIX веке цивилизованные внуки тех купцов уже ощущали это, началось отмывание капиталов, и Алабин умело пользовался пожертвованиями в благотворительных целях. Достаточно вспомнить широко организованную им компанию по спасению в Самарском крае пострадавших от голода 1873 и 1891 годов. Тогда (в 1891 году) он едва ли не единственный раз в жизни серьёзно ошибся, стал жертвой вороватых и бесчестных торговых махинаторов, поплатившись за доверчивость годами душевных мук и здоровья. Но это отдельный разговор…

И венец всех усилий Петра Владимировича Алабина, им самим сотворённый, — история Самарского края, запечатлённая в документальных книгах «Двадцатипятилетие Самары как губернского города» и «Трёхвековая годовщина Самары». Конечно, о Самаре писали и до него, но это отдельные эпизоды, кусочки прошлого (например, о хозяйственном освоении Поволжья). Алабин не просто соединил разрозненные звенья, он сам, один, выковал всю цепь и создал достоверное, объёмное и масштабное полотно народной жизни.

Алабин Петр Владимирович

Пётр Владимирович Алабин скончался 10 мая 1896 года.

Итак, перед нами – просветитель, энциклопедист, который внёс неоценимый вклад в изучение и сохранение историко-культурного наследия Самарской губернии. И вот этого человека, столько сделавшего для России и Самары, пытались в течении многих десятилетий предать забвению!

Такое беспамятство не случайно. И здесь, безусловно, сказалось влияние Февральской, а затем и Октябрьской революций, гражданской войны. Новому обществу, которое отрицательно относилось к дореволюционной культуре, П.В.Алабин оказался ненужным. Причины этого явления хорошо раскрыты русским философом Н.А.Бердяевым. «Революционный пафос в значительной степени связан с отрицательным отношением к прошлому», — писал он в книге «Истоки и смысл русского коммунизма». Неприятие дореволюционной культуры роковым образом сказалось и на отношении к Алабину.

В числе первых советских историков, обративших внимание на литературное наследие Алабина, был академик Е.В.Тарле, который дал высокую оценку его «Поденным запискам». Возвращение Алабина народу началось во второй половине 50-х годов, во время первой «великой реабилитации». И здесь нельзя не сказать о тех усилиях, которые предпринимали самарский профессиональный историк профессор Яковлев, краеведы Струков, Соболев, литератор Молько и другие. Чаще всего их попытки рассказать о П.В.Алабине наталкивались на непонимание, они чувствовали неприязненное отношение к себе некоторых учёных, сотрудников печатных, партийных и советских органов.

Я думаю, посмертную судьбу Алабина нельзя рассматривать изолированно, она лежит в контексте всей новейшей российской истории. Была диктатура, хотим мы этого или нет, а ей нужна «старая культура», она начинала с нуля: «Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем…». И Алабин автоматически попадал под колесо истории, заносился в её чёрные списки.

Это судьба не одного Алабина. Это трагедия народа. Тоталитарная система не терпит исторической памяти. Возвращение Алабина произошло поздно. Но лучше поздно, чем если бы этого вовсе не произошло. У нас очень тонкий культурный слой, по сути дела, надо заново создавать российскую интеллигенцию.

Как это сделать, не зацепившись за собственные корни – те, что ещё остались, которые удастся раскопать? Те, что ещё могут дать сильные побеги, возродить глубокие духовные начала жизни.

Давайте думать и объективно анализировать трагические и светлые страницы истории нашего многострадального Отечества. Внимательно изучать жизнь и добрые дела наших предшественников, тех, кто жил в Самаре до нас и оставил её нам – с любовью, надеждой и верой. Не забывая при этом, что время не останавливается ни на минуту, оно летит и уходит!…

Давайте делать и поступать так, как это произошло, когда имя Петра Владимировича Алабина объединило многих «руководящих» и «рядовых» самарцев, участвовавших в организации и проведении «Года Алабина». Его возвращение к нам теперь уже, надеюсь, состоялось навсегда. И память о нём увековечена прочно – присвоением его имени теплоходу и Самарскому краеведческому музею. И конечно, в сознании земляков-волжан, чему во многом способствовали радио, телевизионные и филармонические литературно-художественные программы, музейные и библиотечные выставки и чтения, научные конференции и документальные фильмы.

Алабин Петр Владимирович

Наконец, восстановление давно утраченного (разбитого) гранитного креста на чудом сохранившемся строгом памятнике Алабину на его могиле в самарском Иверском монастыре. На памятнике выбита надпись:

«Воину и летописцу четырёх войн, всецело посвятившему свою деятельность с достоинством и честью на пользу государству, земству и городу…».

Strahovka RU CPS

2 комментария для “Возвращение Петра Владимировича Алабина в Самару…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *